«Индиана Джонс 6» вышел через семнадцать лет после пятой части («Колесо судьбы») и через три после того, как Харрисон Форд в возрасте девяноста одного года согласился сыграть последнюю сцену, которая окончательно завершит историю самого лихого археолога кино.
Сюжет «Индианы Джонса 6» начинается в 1969 году, через год после событий пятого фильма. Индиана Джонс живёт в Нью-Йорке, работает кафедральным профессором археологии в Хантер-колледже, читает лекции, на которых засыпают даже первокурсники, и живёт в одной квартире с Марион и их кошкой по кличке Саладина. Сын Мутт, погибший во Вьетнаме, так и не вернулся. Время от времени Инди находит в почтовом ящике конверт без обратного адреса, внутри которого — старая фотография его отца, профессора Генри Джонса-старшего, с подписью на обороте: «Сынок, ищи не там, где потерял, а там, где никогда не искал. Я оставил след. P.S. У тебя расстёгнута ширинка».
Индиана считает это чьей-то жестокой шуткой, но однажды к нему приходит внучка, дочь Мутта, которую он не знал. Её зовут Генриетта, но все называют её Хетти. Ей девятнадцать лет, она студентка археологического факультета, и она нашла в старых архивах ЦРУ записку, из которой следует, что её дед (то есть Индиана) когда-то спрятал в Атласских горах Марокко не просто артефакт, а настоящий Ноев ковчег. Не тот, из первого фильма, а другой. Тот, который ищут уже три тысячи лет, чтобы доказать, что все религии мира произошли из одного источника. Индиана смеётся: «Дорогая, я искал этот чёртов ковчег полжизни. Он не существует». Но на следующий день в университет врываются агенты некой организации, которая называет себя «Ковчег», и похищают Марион. Требование: Индиана должен найти ковчег и отдать им в обмен на жену. У него есть три дня. Индиана, которому перевалило за семьдесят, а в этом фильме — за семьдесят с большим хвостом, берёт свою поношенную кожаную куртку, хлыст и шляпу. Хетти идёт с ним, потому что знает джип и свободно говорит на арабском.
Фильм «Индиана Джонс 6» — это роуд-муви по пустыням Марокко, где старик и девушка спорят о том, что важнее: артефакты или люди. Индиана постарел не только телом, но и духом. Он не лезет в драку, потому что сразу падает. Не убегает от валунов, потому что валуны катятся быстрее. Вместо этого он выкручивается с помощью хитрости, старых связей и знания языков. Режиссёр фильма Джеймс Мэнголд сохранил визуальный стиль предыдущей части — приглушённые цвета, минимум синих экранов, максимум реальных пустынь, где песок скрипит на зубах. Художник по костюмам Джоанна Джонстон намеренно состарила костюм Индианы: куртка в пятнах, шляпа мятая, хлыст потрескался и иногда ломается от натяжения. Хетти носит удобный комбинезон и кеды — она не видит смысла в театральных нарядах.
Оператор Фидон Папамайкл снимает каньоны и пещеры в таких тёплых тонах, что кажется, будто герои бредут сквозь воспоминания. Особенно удалась сцена, где Индиана идёт по старой крепости крестоносцев, где он бывал с отцом в 1938 году. Он касается стен, видит свои детские каракули, выцарапанные на камне, и плачет. Хетти не понимает, почему он плачет. Он не объясняет. Это момент приватной скорби, которую не нужно разделять.
Самый сильный момент фильма — не погоня и не перестрелка. Это третий день поисков, когда герои заходят в пещеру, где по легенде спрятан ковчег. Их настигают агенты «Ковчега» во главе с безымянным человеком в чёрном, который оказывается сыном Брокера — того самого, который заказал поиски ковчега в первом фильме. Сын хочет отомстить за отца, которого Индиана отправил в тюрьму, и параллельно получить бессмертие, которое, как он верит, дарует ковчег. Индиана, связанный и стоящий на коленях, смотрит на него и произносит короткую речь: «Ты ищешь бессмертие. Глупец. Бессмертие не в артефактах. Оно в той любви, которую ты оставляешь после себя. Моя жена, Марион — моё бессмертие. Моя внучка — бессмертие моего сына. Мои студенты, которые через десять лет после моей смерти будут рассказывать своим внукам о старом профессоре, который пинал нацистов. Вот оно. А золотой ковчег — это просто кусок дерева с позолотой. Ты наигрался в археолога. Иди лучше в бухгалтеры». Охранники смеются, но боятся начальника. Начальник замахивается на Индиану, и тут из тени выходит Марион. Оказывается, она сбежала от похитителей на второй день и всё это время шла по их следам. Она бьёт начальника дубинкой по голове, освобождает Индиану, и вместе, хромая, они выходят из пещеры, пока та не обрушилась. Ковчег остаётся внутри навсегда.
Финал «Индианы Джонса 6» происходит в квартире в Нью-Йорке. Индиана сидит в кресле-качалке, на коленях у него спит кошка. Хетти уехала на раскопки в Израиль. Марион готовит на кухне чили. В дверь звонят. Приходит почтальон с заказным письмом — это академическая премия за вклад в археологию, которую Индиане присудили ещё пять лет назад, но он всё не забирал из скромности. Он открывает конверт, читает грамоту, кладёт на стол и идёт на кухню пробовать чили. Марион спрашивает: «Ну что там?». Индиана машет рукой: «Ерунда. Бумажка». Она целует его в щёку. Экран медленно гаснет. Титры идут под оркестровую версию той самой темы, которая играла, когда Индиана в первый раз надевал шляпу.
Смотреть онлайн «Индиану Джонса 6» стоит всем, кто рос на старых фильмах и боится, что шестая часть будет проходной. Она не проходная. Это фильм-эпитафия. Фильм-прощание. Но прощание без горечи, а с улыбкой. Потому что Индиана Джонс не умер. Умер его создатель, умерли многие актёры, сам Харрисон Форд уже на пороге. Но Индиана остался. Он жил и будет жить в каждом, кто берёт в руки шляпу и хлыст, кто читает лекции об археологии, кто не боится старых манускриптов и говорит студентам: «Семьдесят процентов археологии — это работа в библиотеке. Остальные тридцать — приключения, которые вы ни за что не забудете». Последняя фраза фильма — это не «Прощай», а «Увидимся в музее». Индиана сидит в кресле-качалке, смотрит на стену, где висит его старая фотография с отцом, и улыбается. В комнату вбегает правнук, которого он не ждал, хватает его за руку и тащит смотреть мультики. Индиана идёт, прихрамывая, берёт на руки мальчика и шепчет: «Давай я расскажу тебе одну историю. Когда твоему прадеду было двадцать пять, он нашёл город, которого не существовало». Занавес. В этот раз — навсегда. Но история будет продолжаться. В каждом новом поколении. В каждом новом археологе, который однажды наденет шляпу. И мы будем смотреть. И улыбаться. Спасибо, Индиана. Спасибо, Харрисон. Вы были лучшими. Прощайте. До встречи в музее.