«Голодные игры 6» вышли через двенадцать лет после пятой части и через десять после смерти Дональда Сазерленда, и Фрэнсис Лоуренс посвятил фильм президенту Сноу, которого больше некому ненавидеть. Сюжет «Голодных игр 6» начинается в 2053 году, через тридцать лет после падения Капитолия. Панем больше не существует. На её месте выросли тринадцать независимых государств, каждое со своей конституцией, валютой и армией. Тринадцатый округ, который когда-то был символом сопротивления, теперь самая богатая корпорация, продающая оружие бывшим врагам. Китнисс Эвердин умерла от рака лёгких в 2045 году, Пит Мелларк живёт в полной изоляции в лесах, которые когда-то были Двенадцатым округом, и выращивает яблоки, которые никто не покупает. Но однажды его дочь, пятидесятилетняя Джоанна Мелларк, профессор истории, получает письмо без обратного адреса. В письме одна строка: «Игры не закончились. Они просто сменили название. Завтра в девять утра включите любой канал». Она включает и видит прямую трансляцию: арена, трибуны, двадцать четыре подростка с камерами на шее. Только ведущего нет. Вместо него голос, сгенерированный нейросетью, который звучит как голос Цезаря Фликкермана, умершего в 2025 году. Голос говорит: «Добро пожаловать на Столетние игры. В честь тех, кто забыл, как мы страдали. И тех, кто сделал вид, что ничего не было». Фильм «Голодные игры 6» задаёт вопрос, который франшиза никогда не задавала: что происходит с травмой, когда выжившие умирают, а дети выживших не верят, что их родители прошли через ад?
Режиссёр «Голодных игр 6» Фрэнсис Лоуренс пригласил художника-постановщика «Субстанции» Марка Фридберга, и визуальный язык этого фильма отказался от яркой эстетики Капитолия и мрачной гряди округов. Вместо этого «Голодные игры 6» показывают мир, где нет ни богатых, ни бедных. Есть только равномерно серая, пластиковая, стерильная реальность, где все носят одинаковую одежду, едят одинаковую еду и смотрят одинаковые новости, которые никто не проверяет. Арена новых Игр построена не в лесу и не в пустыне. Она построена в заброшенном торговом центре пригорода, где когда-то продавали одежду и телефоны. Вместо дани — кража жизней, вместо оружия — отвертки и стеклянные бутылки, вместо трибутов — миллиарды зрителей по всему миру, которые не отрываются от экранов, потому что Столетние игры транслируются повсюду бесплатно. Художник по костюмам Эйприл Нэпиер создала образы участников из того, что можно найти в торговом центре: футболки с надписями акций, рваные джинсы, кеды, перемотанные изолентой. Самое страшное, что они выглядят как обычные подростки, которых вы встречаете в коридоре школы каждое утро. Цветовая гамма оператора Джо Уиллемса — это белый свет люминесцентных ламп, розоватый блеск упаковок с чипсами и один-единственный жёлтый цвет — старые фотографии Китнисс и Пита, которые Джоанна находит в медальоне отца. Фильм «Голодные игры 6» показывает, что страх не умирает вместе с диктатурой. Он просто прячется в алгоритмы и становится удобным, безопасным, круглосуточным. Не нужно строить арену. Достаточно одного приложения.
Темпоритм монтажа Марка Йошикавы построен как прокрутка ленты социальных сетей. В «Голодных играх 6» каждые пять минут экранного времени показывают, как зрители в реальном мире реагируют на смерть очередного подростка. Они ставят лайки, пишут комментарии, снимают реакции. Одна женщина средних лет плачет перед камерой, а через минуту рекламирует стиральный порошок. Молодой парень записывает стрим, где он разбирает стратегию выживания участников так, будто это киберспортивные турниры. Монтаж переключается между ареной и гостиными обычных людей с такой скоростью, что вы перестаёте понимать, где реальность, а где спектакль. Бэкграунд Лоуренса как режиссёра, который снимал сериал «Подземная железная дорога» о побеге рабов, проявляется в сцене, где Джоанна врывается в студию, откуда ведётся трансляция. Она бьёт монитор битой, вырывает провода и кричит в камеру: «Вы смотрите на детей! На детей, которые умирают! И вы не отводите взгляд! Что с вами не так?!». Студию отключают через три секунды, но эти три секунды транслируются на весь мир. И впервые за фильм зрители замолкают. Не от шока. От стыда. Но через пять минут трансляция возвращается, и комментарии снова летят в чат.
Самая страшная сцена фильма происходит на семьдесят третьей минуте. На арене остаётся три участника: девочка из Пятого округа, которая едва держится на ногах от потери крови, мальчик из Седьмого, который спрятался в вентиляции, и ведущий, которого всё это время никто не видел. Ведущий выходит из тени, снимает капюшон, и камера показывает лицо. Это Пит Мелларк. Ему восемьдесят два года. Его дочь Джоанна замирает на месте, не веря своим глазам. Пит берёт микрофон и говорит: «Я — реальность. Та, от которой вы прятались тридцать лет. Китнисс ненавидела эти игры. Но она никогда не понимала одного: люди хотят смотреть. Потому что если они увидят смерть на экране, они не увидят её у себя в подъезде. Я построил эти игры, чтобы вы наконец посмотрели правде в глаза. Правда в том, что вы такие же, как и мы. Вы просто не признаётесь». Джоанна не стреляет в отца. Она бросает оружие, подходит к нему и даёт пощёчину. Звонкую, как выстрел. Она говорит: «Ты выжил. Ты выбрался. И ты построил новые игры, потому что не знаешь, как жить без смерти. Ты не лучше Сноу. Ты его зеркало». Пит опускает глаза, и камера видит, что он плачет. Но не от раскаяния. От облегчения, что его наконец кто-то остановил.
Финал «Голодных игр 6» не освобождает зрителей. Трансляцию отключают военные Тринадцатого округа, но мемы и записи игр расходятся по сети быстрее, чем их блокируют. Джоанна сажает отца в машину и увозит обратно в леса. По дороге он не говорит ни слова. Только смотрит в окно так, будто видит этот мир впервые. Или будто уже не хочет его видеть. Последняя сцена — школьный класс, где учитель истории показывает доску с датами: Первые игры — 2024 год, Тёмные годы — 2031, Восстание 2043, Падение Капитолия 2044, Столетние игры — 2053. Один ученик поднимает руку и спрашивает: «А когда закончатся игры?». Учитель молчит десять секунд, стирает доску и говорит: «Это вы мне скажете». Смотреть онлайн «Голодные игры 6» лучше всего тем, кто думал, что после смерти Китнисс всё стало хорошо. Нет. Не стало. Стало тихо. А тишина бывает опаснее крика, потому что в ней не слышно, как приближается новый диктатор. Лоуренс снял не продолжение молодежной франшизы. Он снял документальный фильм о нас с вами, о кликах, о лайках под видео с чужим горем. И главный злодей здесь не Пит Мелларк, который свихнулся от одиночества. Главный зритель — это мы, которые просим добавки, потому что уже не помним вкуса нормальной жизни. Вот такие получились «Голодные игры 6» — фильм, где ареной стал торговый центр, зрителями весь мир, а самым храбрым поступком оказалось выключить экран. И никто его не выключил. Никто.